22:47 

№5.

twinsfest
All pairings are only your fantasy. THIS. IS. TRUE.
Тревога/Героический поступок, "Кто не с нами тот под нами".

URL
Комментарии
2011-09-24 в 00:40 

автор номер 5, просил передать, что уже почти дописал :alles:

URL
2011-09-25 в 19:47 

АУ. Биллу и Тому здесь около 26.
Ахтунг – не отбечено((
Количество слов перевалило за полторы тысячи.
От автора: Ну, вот как-то так...


- «Кто не с нами – тот под нами», мать твою! – проревел Уильхельм излюбленную фразу своего брата и зашвырнул кубок в пышущее жаром жерло походной печи. Огонь вспыхнул и зло затрещал, стреляя искрами вслед мечущемуся обидчику. – Хоть бы с собой взял!

Тяжелый нагрудник натер шею, а мышцы рук гулко ныли – он только что изрубил в щепки могучую сосну рядом с их шатром – но снять железо для него было равносильно согласию с отцом, Первым, который хладнокровно осудил безрассудную выходку своего старшего сына, брата Уильхельма, посмевшего своевольно покинуть крепость и отправиться на штурм столицы. Узнав, что Томас посмел ослушаться прямого приказа, Первый пришел в ярость и запретил кому бы то ни было отправляться «этим глупцам» на помощь. Уильхельму, за считанные минуты построившему свое войско для выступления, только и оставалось, что скрежетать зубами, да осыпать отца гневными проклятиями.

Вчера на Совете Первый сообщил, что в крепости, гордо нареченной Укреплением, они останутся до конца месяца – будут ждать подкрепление с юга. С точки зрения стратегии их позиция была очень выгодной. С запада их войско прикрывали высокие Скалистые Горы. На востоке могучая стена Укрепления заканчивалась крутым обрывом и была неприступна – во всю ширь, до границы слияния небесной тверди с земной, желтела пустошь. Спины же им прикрывали вековые Столетние Леса, откуда постоянно тянулись обозы с провизией, а теперь еще вскоре должны были подоспеть и новобранцы.

Уильхельм тяжело опустился на застеленную шкурами лавку, отер ладонью вспотевший лоб и попытался привести в порядок разбегающиеся мысли.

Взятие столицы было делом времени. Поставки провизии северянам были отрезаны. Численное превосходство постоянно увеличивающегося войска заставляло Правителя и его Первых нервно слать одного гонца за другим за море к союзникам. Те клятвенно обещали отправить сотню-другую военных ладьей, но вот уже который месяц водная гладь была девственно чиста. Лазутчики исправно доносили, что в столице все по-прежнему.

Томас был нетерпелив, как и сам Уильхельм. Последние недели он, устав от вынужденного безделья, выдавал один хитроумный план штурма за другим. Первый лишь одобрительно кивал головой, но шатры сворачивать не спешил. Он чувствовал себя хозяином положения, охотником, сжавшим руки на горле у трепещущейся жертвы, которая вот-вот испустит дух.

Братья же чувствовали, что вся ситуация до ужаса напоминает затишье перед бурей. Случайно ли Правитель слишком быстро сдал свои позиции? Случайно ли отсутствие заморских войск? Случайно ли отсутствие крупных полномасштабных сражений? Томаса раздражало малейшее промедление, удерживающее их от окончательной победы. И вот, пожалуйста, гадай теперь, где его черти носят…

Уильхельм постучал тяжелым сапогом по кованой решетке печи и бросил взгляд на рабочий стол брата, весь заваленный бумагами, картами и схемами одобренных, но так и не приведенных в исполнение атак. Возможно ответ, какую тактику нападения избрал Томас, кроется как раз там!

Он быстро, насколько позволяли тяжелые доспехи, подошел к столу и принялся разбирать бумаги. Старые планы были тут же отметены в сторону за ненадобностью. Вслед за ними отправились и те, которые Томас позже сам забраковал по тем или иным причинам, поставив вверху листа жирный крест. Хотя, по мнению Уильхельма, каждая из кампаний брата могла бы увенчаться успехом, лишь бы отец дал добро.

- Нет-нет-нет, это все не то… - тихо бормотал он, просматривая и отшвыривая в сторону схему за схемой.

Надо промочить горло и успокоиться. Брат не мог уйти, не оставив ему никаких подсказок, где его можно было бы искать. Уильхельм отвел руку в сторону и требовательно повел кистью к себе, подзывая служанку, которая от испуга вжалась в угол рядом с входом в шатер.

- Бланка! – рявкнул он и стоящая у входа девушка, чуть не выронив витой кувшин с водой, вздрогнула, выйдя из оцепенения, - Мне долго еще ждать? Шевелись, дура!

Зажурчала тонкой струйкой вода, наполняя до краев кубок, но Уильхельм этого не слышал и не видел. Бланка. Конечно же, Бланка! Давным-давно они с братом условились передавать друг другу особым способом важные поручения через эту невзрачную девушку: говорить ей только значимые слова и задом наперед. Условиться-то условились, но еще ни разу не пришлось им так поступить. Как же хорошо, что она здесь, что не пришлось посылать искать ее по всему Укреплению.

- Бланка! – он схватил и сжал ее запястье как в тисках, вперив в перепуганную служанку горящий взгляд – Что тебе сказал Томас? Он же тебе что-то сказал. Говори.

- Да, господин, он сказал только одно слово. Странное слово.

- Господи, да говори уже! – его потряхивало от нетерпения и злости на медлительную и в делах и в мыслях девушку.

Та, вжав голову в плечи, пробормотала:

- Актагор. Но я не знаю, что это. Старший господин не объяснил мне. Я все твердила его про себя, чтобы не забыть, но…

- Умолкни. – Уильхельм внезапно почувствовал, как холодная решительность наполняет его до краев, остужая злость на отца и страх за брата. – Вели седлать мне коня и передай моим воинам, чтобы готовились к выступлению.

Актагор. Этот план они разработали вместе еще дома и поэтому его и не могло быть среди бумаг. Просто в шутку, как-то вечером, когда они валялись усталые перед огнем после тренировки, слово за слово… Молниеносный план. Требующий малого количества воинов и предусматривающий надежный путь отступления в случае провала. И назван он был «Рогатка». За простоту и схожесть действий с обычной рогаткой…

Уильхельм спешил к отцу в крепость. Ему не нужно было его разрешение – он отправился бы вслед за братом в любом случае, но вдруг тот передумает и согласится выслать подмогу, если узнает, что именно придумал его старший сын.

Оскальзываясь на мокрой траве, он взбежал по каменным ступеням и, толкнув тяжелую дверь, уже приготовился было войти внутрь, как услышал, сначала приглушенные, а затем все громче и громче, отрывистые крики из северной части Укрепления. Он обернулся.

Из сизого холодного тумана, ржавая от утреннего восходящего солнца, прямо на него надвигалась конница его брата, только вот самого его среди едущих почему-то не было …

Между походными шатрами толпились воины – большинство еще сонные и без доспехов, если не считать дозорных и тех, кому Уильхельм приказал готовиться к выступлению.
И все они приветствовали вернувшихся победителей.

Где Томас?

Взгляд Уила метался от одного всадника к другому.

Где?...

Воины ликуют. Воздух взрывается от восторженных криков, наполняется сухим грохотом мечей о щиты. На землю в грязь летят вражеские знамена.

А у Уильхельма в ушах стучит кровь. Пространство странно накреняется. Он не замечает, как судорожно цепляется за косяк приоткрытой двери, не осознает, как лицо его искажает гримаса отчаяния, а рот немо приоткрывается, готовясь исторгнуть вопль боли из самого нутра…

И тут лошади расступаются.

Томаса несут на деревянном помосте. Он полулежит на ворохе шкур, машет рукой и широко, тепло улыбается. Солнце уже давно взошло над верхушками деревьев, но Уильхельму кажется, что оно появилось вот только что, когда к ступеням поднесли его брата. В считанные секунды он скатывается к подножью лестницы и падает перед помостом с раненым Томасом на колени, припадая к его руке губами, щекой, а затем лбом, оказывая ему почести, как Первому и пряча повлажневшие щеки.

Глаза Томаса обескураженно распахиваются - это неслыханная дерзость, приветствовать так кого-то, как Первого, пусть даже его сына, только что совершившего героический поступок. Положение спасают их войска. Ведомые единым душевным порывом, воины опускаются на одно колено и склоняют голову, чествуя своего командира. За ними колени преклоняют и остальные.

Краем глаза, Уильхельм видит, как резко откинув за спину плащ, в крепость возвращается, вышедший на ступени Первый.

URL
2011-09-25 в 19:47 

~*~*~

- И это при живом отце! – Том откидывает со лба мокрые пряди. – Билль, ты верно с ума сошел! – в голосе старшего брата недовольство смешано с восхищением. Уильхельм польщенно улыбается, понимая, что раз тот зовет его детским сокращенным именем, то он не такой сердитый, каким хочет казаться. – Я так испугался. Такая тишина стояла, что я уже приготовился отбивать тебя в случае чего.

Он подтягивает сползший рукав и медлит с ответом, окуная тряпку в воду и осторожно обтирая раненое плечо Томаса, сидящего в большой походной кадке. В шатре влажно и жарко. Со вздохом Уильхельм, наконец, говорит:

- Это я уже приготовился бежать отбивать тебя у северян. А что со мной было на ступенях, когда я не увидел тебя среди всадников… - он делает драматическую паузу. – Я только одного не пойму, почему ты не позвал меня с собой?

- Вчера, поздно вечером, мне донесли, что отцовских лазутчиков перебили, а письма, которые он получал, были подделаны. Помощь союзников должна была подоспеть сегодня-завтра, а не через месяц, как предполагалось раньше. Тысячи ладей! Ты представь!

- Тем более моя помощь не была бы лишней. – Уильхельм упрямо поджимает губы, стаскивая все-таки промокшую рубашку с плеч.

- Помедлив, мы бы не выстояли, – качает головой Томас и с ухмылкой добавляет, – А так – я перехватил отряды подкрепления с юга и, не дав им понять, что отца со мной нет, повел в бой. Они там сейчас зачищают город. Готовятся к торжественному вступлению Первого в столицу. Ну, и любуются, как союзники драпают назад. Высаживаться им некуда.

- Безрассудство, Томи, – возмущенно цокает языком младший.

- Я безрассуден не больше тебя, Билль.

Билль кивает, соглашаясь с братом. Он не может остановиться, перестать трогать того уже не тряпкой – руками. Тряпка, забытая, под собственной тяжестью медленно опускается на дно кадки, тогда как руки ласково оглаживают сильные плечи, спускаются на грудь, легко разминая уставшие мышцы. Простое ощущение кожи под пальцами дарит ему чувство защищенности и спокойствия. В уютной тишине Томас привлекает его к себе за плечи здоровой рукой и сладко целует. У Уильхельма пылают щеки, и это вовсе не от жары. Он отстраняется, пытаясь унять бешено колотящееся в груди сердце, напоминая себе быть осторожным с раненым братом. Томас вдруг становится серьезным и, взяв Уильхельма за руку, осторожно спрашивает:

- Ты, правда, признаЕшь за мной Первенство, Билль?

- Мне не нужно его признавать. Ты уже завоевал его своим походом. Взятием столицы.

- И все же?

Билл опускает ресницы и, склонившись в почтительном поклоне, с улыбкой шепчет:

- Да господин.

URL
2011-09-25 в 19:52 

deletrea
questions of science, science and progress.
Билл опускает ресницы и, склонившись в почтительном поклоне, с улыбкой шепчет:

- Да господин.


ВЫНОСИТЕ :crazylove::crazylove::crazylove:

2011-09-25 в 21:28 

Aj_lex
Я жизнерадостная херня (с) last.legal.drug
с ума сойти!:heart:

2011-09-25 в 22:30 

гяш
ну, хотя бы рейсфедером!
годно! :red:

2011-09-25 в 23:25 

gel-o-gen
все такие лаконичные))))
тогда я тоже: красиво))) трогательно)

2011-09-26 в 01:07 

Вкусно, но мааало :( Я бы такой макси прочла - просто мечта!

Спасибо автор! Вы талант :white:

URL
2011-09-26 в 10:42 

.karpenko., Aj_lex, гяш, gel-o-gen,
Большущее спасибо! Мне очень приятно)

Гость, Я бы такой макси написал, только вот усидчивости не хватает. Рисуем пока лишь широкими мазками.
Вам спасибо, что прочитали.

URL
     

Twins Fest

главная